Современная русская проза: книги из длинного списка "Ясной поляны"

Повесть в жанре сцен из жизни русского военного сословия. Завязка истории - в частях Западной группы войск, уходящих из Германии в 1994 году, развязка - в Москве конца 2014 года. Антураж рушащейся империи придаёт личным интригам неожиданный масштаб. В этих декорациях хаоса стихи Есенина двадцатых годов прошлого столетия становятся для офицерства способом подумать о самих себе.

Павел Чжан - талантливый программист крупной китайской компании в Москве. Бывший детдомовец, он упорно идёт к цели перебраться из стремительно колонизирующейся России в метрополию, Китай, и не испытывает угрызений совести, даже когда узнаёт, что его новый проект лежит в основе будущей государственной чипизации людей. Но однажды, во время волонтёрской поездки в детдом, Чжан встречает человека, который много лет назад сломал ему жизнь и избежал наказания. Воспоминания пробуждают в Павле тьму, которой он и сам боится...

Есть в библиотеке на Пролетарской, Отделе обслуживания Центральной городской библиотеки

Амстердам, Париж, Россия и, конечно же, Тбилиси. Везде искусительная свобода, но от чего? Социальное и криминальное дно, нежнейшая ностальгия, непреодолимые соблазны и трагические случайности, острая сатира и евангельские мотивы соединяются в единое полотно, где Босх конкурирует с лирикой самой высокой пробы и сопровождает героя то в немецкий дурдом, то в российскую тюрьму.

Книга есть в библиотеке на Пролетарской

Перед нами не документальная биография реального Куприна, а художественное произведение, построенное по законам искусства прозы. Автор как бы предпринимает опаснейший эксперимент (и по ходу чтения убеждает читателя в своём праве на это) – написать Куприна «изнутри», предлагая читателю пережить вместе с героем то, что явилось толчком к написанию того или иного текста, что определяло его энергию.

Книга есть в Центре писателя В.И. Белова

ЛитРес: https://www.litres.ru/maksim-aleksandrovich-gureev/lubov-kuprina/

Архив журнала «Новый мир»: http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2020_10/Content/Publication6_7570/Default.aspx

Роман Михаила Елизарова – первое масштабное осмысление «русского танатоса». От автора: «Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают “космонавтом”, упавшего с высоты – “десантником”, “акробатом” или “икаром”, утопленника – “водолазом”, “ихтиандром”, “муму”, погибшего в ДТП – “кеглей”. Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут “лопатой”, венок – “кустом”, а землекопа – “кротом”. Этот роман – история Крота».

Содержит нецензурную брань.

Книга есть в библиотеке на Псковской,  Центре писателя В.И. Белова

«Темнота холодна. Темнота самое древнее зло сжимает, разрывает, утаскивает. Всё это знают и Лара, и Руся, и Серый Собак. Знает это и маленький медведь Сёма. Сколько он себя помнит, от протянутых лап темноты его берегло только главное солнце то, что воткнуто в самую середину потолка. Вот только это солнце совсем скоро закончится - осколки уже падали за Кукольным Домом. Чёрное солнце - что может быть страшнее? Разве только ловцы.

Книга есть в библиотеке Лосты

На этой земле живут с начала времён. Здесь не было захватнических войн и переселения народов, великих империй и мировых религий. Земля позволяет «своим» жить сыто и весело - управлять зверями, птицами и погодой, обмениваться мыслями и чувствами, летать, колдовать - и безжалостно уничтожает «чужих». Этот порядок действует тысячелетиями, поддерживая незыблемый мир. А потом прекращается. И наступает последнее время.

Самый недооценённый русский классик XIX столетия и человек-скандал прокладывал свой путь в стороне от исхоженных дорог русской словесности и сознательно выламывался из привычных схем, словно нарочно делал всё, чтобы перед ним закрылись двери гостиных и редакций, а его книги не встретились с читателем. С Крестовским он посещал петербургские трущобы, с Чеховым - злачные места. Современники подозревали его в связях с тайной полицией, а советские пролетарии считали своим. Любя всё диковинное и яркое и в жизни, и в литературе, он сконструировал собственный сочный лексикон, работой с языком предвосхитил авангардные эксперименты начала ХХ века.

Книга есть в библиотеке на Пролетарской

Маленький человек никуда не исчез со времён Гоголя и Достоевского. Он и сегодня среди нас: гуляет бульварами, ездит в метро и автобусах, ходит в безымянное учреждение. Одинокий, никем не замеченный, но в нём — вселенная. А ещё он смертен. Лишь пока жив - может попадать в рай и ад, возвращаться оттуда, ловить ветер, создавать Ничего и находить Калитку Будущего... Чего с ним только не случается. А умрёт — и заканчивается история, заметает метель следы среди этой смертной, бессмертной любви.

Книга есть в библиотеке Тепличного микрорайона, библиотеке Лосты, Центре писателя В.И. Белова

В основе нового, по-европейски лёгкого и в то же время психологически глубокого романа лежит исследование современных сект. Автор не даёт однозначной оценки, предлагая самим делать выводы о природе Зла и Добра. История Юрия Гарина, профессора Миссурийского университета, высвечивает в главном герое и абьюзера, и жертву одновременно. А, обрастая подробностями, и вовсе восходит к мифологическим и мистическим измерениям. Честно, местами жёстко, но так жизненно, что хочется, чтобы это было правдой.

Книга есть в библиотеке на Пролетарской

Кому-то счастье само идёт в руки, но не ей, провинциалке Ире Важиной, Важенке. Её никто не ждёт за уютными ленинградскими окнами. Ничего, она уже на пороге сказочной жизни, она пробьётся любой ценой... Яркая, динамичная история обычной, казалось бы, девчонки из 80-х, чья борьба за место под солнцем доводит её до последней черты.

Книга есть в библиотеке на Можайского, библиотеке на Архангельской

«Как я был Анной» - книга рассказов, которые можно окрестить абсурдными, фантастическими, сатирическими или даже обозвать загадочным словом притчи. Герои Селукова выросли, добыли своих Тарковских, после чего вдруг обнаружили, что это не конец путешествия, а только его начало. «Я его спросила: «Равви, почему нельзя говорить, учить, проповедовать, а можно только показывать и являть?» А он ответил: «Потому что говорящий не знает, а знающий не говорит». Я его спросила: «Равви, как мне закончить этот рассказ?» А он ответил: «Ничего нельзя закончить, смерти-то нет».

Книга есть в библиотеке на Пролетарской

Сердцем и разумом рождённый роман, мастерски выписанный в духе классического реализма, в лучших традициях русской классической литературы XIX-XX вв. Время действия - рубеж веков и 1-я половина минувшего столетия. Место действия - Полтавщина с эпицентром событий на хуторе Солёный Гай в родовом гнезде главных героев. Превосходный литературный язык. Эпический размах повествования. Панорама народного бытия. Доскональное знание народного быта, переданного движениями кисти на горнем уровне таких образцов, как Тихий Дон. Изумительный зеркальный снимок лиц героев саги и реальности, как она есть на изломе времён и в горниле исторической катастрофы, произведённой войной и революцией.

Слаповский, А. И. Недо : роман : [18+] / Алексей Слаповский. — Москва : АСТ : Редакция Елены Шубиной, 2021. — 505, [4] с. — (Новая русская классика).

«Недо» - роман-столкновение. В устоявшуюся жизнь литератора Грошева, сменившего несколько работ, жён и квартир, врывается Юна, саратовская девчонка из новейшего поколения - стиль унисекс и полное отсутствие авторитетов. Она уже не смотрела мультик про 38 попугаев, «что-то слышала» про штурм Белого дома, но судит обо всём абсолютно уверенно. Устами этой «младеницы», возможно, и глаголет истина, но ещё Юна отлично умеет воровать, драться, пить и задавать неудобные вопросы. Недооценил её сначала Грошев. Недопонял. Да и себя, оказывается, тоже. Сплошное «недо» - как всегда.

Книга есть в библиотеке на Советском проспекте, Центре писателя В.И. Белова, библиотеке на Пролетарской

Середина XIX века. У князя и княгини Борятинских рождается поздний и никем не жданный ребёнок - девочка, которая буквально разваливает семью, прежде казавшуюся идеальной. Туся с самого начала не такая, как все. В строгих рамках общества, полного условностей, когда любой в первую очередь принадлежит роду, а не себе самому, она ведёт себя как абсолютно независимый человек. Сама принимает решения – когда родиться и когда заговорить, как вести себя, чем увлекаться, кого любить или ненавидеть. История о том, как трудно быть свободным человеком в несвободном мире. Содержит нецензурную брань.

Книга есть в библиотеке на Пролетарской, Центре писателя В.И. Белова

Действие бурно развивается в провинциальном украинском городке: неожиданные смерти, семейные драмы. Язык, на котором общается повествователь со своими друзьями, кружком местной интеллигенции, русский. Это отнюдь не политический жест. Это факт биографии, межличностных взаимоотношений, длящихся всю жизнь. Это привычный способ находить своих и быть своим, оставаясь в поле определённой культуры.

«”Филэллин, любящий греков”. В 20-х годах XIX века так стали называть тех, кто сочувствовал борьбе греческих повстанцев с Османской империей или принимал в ней непосредственное участие. Филэллином, как отправившийся в Грецию и умерший там Байрон, считает себя главный герой романа, отставной штабс-капитан Григорий Мосцепанов. Это персонаж вымышленный. В отличие от моих документальных книг, здесь я дал волю воображению, но свои узоры расшивал по канве подлинных событий».

Книга есть в библиотеке на Можайского